Как Сталин перевоспитал фашиста

Как Сталин перевоспитал фашиста

Был у Сталина способ перевоспитать самого лютого фашиста. Не уничтожить, а именно перевоспитать. Яркий пример — судьба Василия Шульгина. Многие считали его не просто фашистом, а человеком глубоко идейным. Ан нет, перековался, в поздние годы книжки писал о том насколько верным путём ведут страну продолжатели дела Ленина и Сталина. Не за мелкий прайс и вряд ли запугали, мужчина был такого масштаба упёртости, что тут только переубедить. Сталину это удалось.

Давайте от печки, кто не помнит такого персонажа — напомним. Человек был крайне яркий. Из думских депутатов, царя свергал, между прочим, при том позднее многие считали его искренним монархистом. Погромщики считали его защитником евреев. Евреи, напротив, обзывали антисемитом. Один из виднейших русских идеологов фашизма. Который с этим самым фашизмом призывал в Великую Отечественную бороться.

Человек, создававший с нуля Белое движение. Один из организаторов Русского общевоинского Союза, организации тоже, не будем скрывать, питавшей вполне тёплые чувства к одной германской партии. С красными повязками на рукавах. И один из самых яростных защитников власти Советской когда пришла пора восстанавливать родную страну. Человек — парадокс.

Василий Шульгин из дворян, причём не выслуженных, как Ульянов, а настоящий, потомственный. Кругом сплошь люди приличные. Отчим — член Госсовета. Крёстный — будущий министр финансов. Карьера мальчику была обеспечена. Сиди, да бумажки перекладывай при хорошей должности. Но паренёк оказался идейным и с обострённым чувством справедливости.

Поначалу ничего не предвещало. Сходил в мирное время годик послужить срочную. Потом вернулся в Волынскую губернию в имение. Дело было немаленькое, зерновые склады и мельницы. Крепкий буржуйский бизнес. Как положено местному олигарху, добавились и государевы посты. Шульгин заодно судья, местный депутат, да и страховое пожарное общество держал тоже он.

В первую Революцию девятьсот пятого оказался на стороне государевых войск. Офицериком командовал экспедицией по подавлению восставших. Но на душу не легло и службу скоро оставил. Зато начал яростно печататься в газете. Как и положено мелкому олигарху, и журнал и газета у него были свои.

И вот тут ярко проявляются взгляды Шульгина. Мужику уже под тридцатник, голова должна была на место встать. А нет, записывается видным деятелем в Союз русского народа. Это ещё не совсем фашисты, но монархисты и черносотенцы крайне упоротые. Ребята были настолько отмороженные, что даже относительно мягкая Февральская Революция с ними расправилась безжалостно. Кстати, характерный штрих — с 2005 года этот самый Союз неожиданно возродился в России. И никто этих откровенных националистов даже не пытается запрещать. Сегодня там, конечно, скорее, клоуны собрались, но симптомчик нехороший.

Мужчина был крайне реакционным. Ни о какой Революции даже слышать не хотел. На Столыпина едва не молился. На заседаниях в Думе постоянно призывал «давить проклятых революционеров». И не стесняться всякого беззакония для этой цели. Кстати, идея введения судов-троек для революционеров тоже родилась у Шульгина.

Тем не менее, вся жизнь Шульгина показывает некоторую честность этого деятеля. Какие бы дикие взгляды он не исповедовал, это явно было от сердца, а не по чьему-то заказу. Пламенный был деятель, чего уж говорить. В Первую Мировую депутат съездил на фронт повоевать и даже получил тяжёлое ранение.

Яростно критиковал политику царя и Правительства. Едва не оказался за это под арестом. Именно он, в рваном и грязном пиджаке, принимал у царя манифест об отречении. При этом революционные матросы, заполонившие Петроград в Февральскую вызывали у него ещё большее омерзение. Вот послушайте:

«Бесконечная струя человеческого водопровода бросала в Думу всё новые и новые лица. Но сколько их ни было — у всех было одно лицо: гнусно-животно-тупое или гнусно-дьявольски-злобное. Боже, как это было гадко! Так гадко, что, стиснув зубы, я чувствовал в себе одно тоскующее, бессильное и потому ещё более злобное бешенство.

Пулемётов! Пулемётов — вот чего мне хотелось. Ибо я чувствовал, что только язык пулемётов доступен уличной толпе и что только он, свинец, может загнать обратно в его берлогу вырвавшегося на свободу страшного зверя. Увы — этот зверь был его величество русский народ.»

Прочувствовали? Как излагает зараза, красиво, чего уж там, язык подвешен был. Но гадина абсолютная — пулемётов ему для толпы хотелось. Русский народ не устраивал.

После Великой Октябрьской Шульгин оказался убеждённым врагом власти Советской. Сначала попытался прибиться местным Геббельсом к белым казакам на Дону. Но был отправлен генералами обратно в Киев. Создавать сопротивление красным там. Избрался в Украинское учредительное собрание.

В Гражданскую держался Деникина, вёл активную пропагандистскую работу против большевиков. Вот характерная статейка его пера с восхвалением белых офицериков тех лет:

«Белые убивают только в бою. Кто приколол раненого, кто расстрелял пленного — тот лишен чести, он не белый, он — палач. Белые не убийцы — они воины».

Ну да, какие белые были воины тоже все знают прекрасно. Слова Белый террор придуманы не нами.

После победы большевиков Шульгин уезжает в Европу. Берлин, Париж, Белград и везде большая организаторская работа по поручениям Врангеля. Ударными темпами создаётся антисоветский РОВС. Задача ровно одна — свергнуть Советскую власть. И вполне закономерно Шульгин совершенно очарован фашизмом Муссолини.

В двадцать седьмом году этот деятель вступает в Евразийский союз и «Школу фашизма» при Союзе монархистов. И уже не стесняется в своих статьях продвигать откровенно фашистские идеи. Да и они себя не стесняется именовать «подлинным русским фашистом». Изрядная картина, правда? Перевоспитай вот такого!

И за дело взялись, слишком велик был авторитет Шульгина на Западе, чтобы просто ликвидировать. Нужно было ставить белому Геббельсу мозги на место. Создаётся знаменитая операция «Трест».

Про неё мы как-то рассказывали. Блестящая игра наших чекистов. Скрупулёзно создаётся фальшивая подпольная организация. Выстраиваются связи с западными партнёрами. Шульгина долго и упорно заманивают в гости в СССР. В двадцать пятом это удаётся. Шульгин по заданию РОВСа едет принимать в ряды новых членов антисоветчиков.

Чекисты устраивают Шульгину экскурсию по Москве, Питеру и Киеву. Везде знакомят с мнимыми членами подполья, но главное — показывают как живёт Советская Россия. Половину вражеских бредней и антисоветской пропаганды будто сдувает. Шульгин видит, что жизнь в Союзе вовсе не похожа на страшилки западных голосов.

Вернувшись в Париж, так и не поняв, что возили его не антисоветчики, а чекисты, Шульгин пишет объёмную книгу. Так и называется «Три столицы». Во французском варианте книга вообще звалась «Возрождение России». И позиция к большевикам там гораздо более мягкая. Заподозрить, что Шульгина завербовали невозможно — в гораздо более поздние годы ему ещё и посидеть в нашей тюрьме придётся.

От этой книжки обалдел даже Врангель. Почитав, что пишет верный белый Геббельс про Советскую власть, чёрный барон выбросил книжку в горящий камин. После чего приказал выгнать Шульгина со всех постов в РОВСе и на порог не пускать. При том, что книжка — совсем не большевистская, да и Ленина там поносит последними словами. Но первый гвоздик вбили.

Тем не менее, в голове у Шульгина каша вполне определённого сорта. В тридцать шестом он пишет книгу «Пояс Ориона». По сути — это программа сдачи России фашистам. Прямым текстом — нужно помочь гитлеровцам уничтожить всех большевиков. После чего новая фашистская Россия вместе с Германией и Японией станет превыше всего. Ну или как там в их фашистских лозунгах говорилось. Кстати, белое движение горячо ту работу поддержало. Белый с фашистом братья навек, угу.

В сорок четвёртом Шульгина задержали в Югославии наши войска. После подробного разбора деяний сего господина получил двадцать пять лет лагерей за измену Родине. И нет, судили его не тройкой, которую он сам придумал за четверть века до этого. Два года следствие шло.

Просидел половину срока, в пятьдесят шестом вышел на свободу. Шульгину, на минуточку, к моменту освобождения 78 лет. Сохранились воспоминания, что условия содержания были созданы вполне сносные. Более того, Шульгин всё это время занимался привычным писательским трудом.

Выйдя на свободу, Шульгин пишет книгу «Опыт Ленина». В традиционно едком и злобном стиле. Но, через зубовный скрежет, вынужден признать ряд совершенно немыслимых для белого фашиста вещей. Да, Брестский мир — унижение, но именно он спас миллионы жизней. Жирный плюсик Ленину.

Шульгина начинают возить по стране. Ему показывают новые заводы и школы, гуляющих в парках мамочек и горящие глаза комсомольских строек. Можно ли перевоспитать фашиста? Смотри — вот что построили большевики. Не о такой ли России мечталось молодому Шульгину? Можно ли было построить такое под гитлеровской пятой? И Шульгин вынужден признать — у красных получилось неплохо.

В шестьдесят первом Шульгин издаёт «Письма к русским эмигрантам». Это натуральная ода Советской власти. Шульгину восемьдесят три, можно ли запугать или купить человека с такой биографией? Бывший белый Геббельс просто рассказывает то, что видел своими глазами. Советская власть оказалась спасением России.

Прожил долго, без малого сто лет. И до последних дней повторял одно и то же. Как удивительно, но красные оказалось любят Россию ничуть не меньше белых. Большевикам удалось провести в жизнь вековечную мечту о сильной и процветающей России. Невозможно поверить убеждённому врагу, но и не поверить нельзя.

Так что да, была у большевиков волшебная таблетка. Было что показать даже настолько упертому идеологу, как Шульгин. Любовь к своей стране и своему народу показать. Что можем сегодня показать мы? Пенсионную реформу? Развалины Сталинских заводов, застроенные торговыми центрами? Отчаявшихся работников научных институтов? Грустные мысли.

Чтобы перевоспитать фашизм нужно показать своё. Нужно чтобы это своё было! Вот в чём секрет.

Мужские Забавы
Добавить комментарии

Как Сталин перевоспитал фашиста
Зачем кандидатам на Краповый берет в начале испытания дают один патрон?
Adblock
detector